45 лет назад, 15 июля 1975 года, с интервалом в семь с половиной часов с противоположных сторон земного шара стартовали космические корабли «Союз» и «Аполлон». Через 51 час 55 минут они состыковались в космосе и двое суток летели вместе.

Портал «Кремлевский холм. Страницы истории» вспоминает, как советские космонавты и американские астронавты готовились к полету, разбирались с матчастью, учили языки и какую роль во всем этом сыграл популярный бренд отечественной водки.

Первая встреча

Проект «Союз –Аполлон» стал кульминацией разрядки и, к сожалению, ее финалом. Уже через считанные месяцы о модном некоторое время детанте забыли.

В качестве точки отсчета исторической стыковки можно назвать сентябрь 1965 года, когда советские космонавты и американские астронавты встретились в Афинах на XVI Международном конгрессе астронавтики. Как вспоминал космонавт номер 11 Алексей Леонов, в один из дней конференции делегации двух сверхдержав оказались в лобби одного отеля.

Основными целями сотрудничества СССР и США в космосе были испытания системы сближения на орбите, стыковочного агрегата, проверка техники для возможности перехода космонавтов и астронавтов из одного корабля в другой. Момент стыковки «Союз» — «Аполлон»

От советской стороны помимо Леонова был генерал Олег Газенко и космонавт Павел Беляев. От США – начальник медицинской подготовки НАСА доктор Лоу и астронавты: Дик Слейтон, Гордон Купер и Чарли Конрад.

«В какой-то роскошной гостинице мы собрались, доктора ушли – они прекрасно знали язык. А мы ничего не знали — в лучшем случае, hello. Американцы вообще ничего не знали по-русски. Мы сели, выпили бутылку русской водки, выпили бутылку виски, выпили бутылку коньяка. Сидели часа четыре, о чем мы говорили – не помню, но когда мы расставались, Паша Беляев сказал: «Ты посмотри, какие толковые ребята! С ними можно работать», – рассказал Леонов на брифинге, который состоялся в марте 2015 года и был посвящен 50-летию первого выхода человека в открытый космос.

Звонок Косыгину

В 1972 году отношения между двумя сверхдержавами были накалены до предела. В этой обстановке президент США Ричард Никсон позвонил главе совмина СССР Алексею Косыгину и предложил «найти хороших ребят, подготовить их, послать в космос, чтобы они оттуда говорили с людьми мира», – вспоминал Леонов.

President Nixon Approved Space Shuttle Program. January 1972. Фото с сайта nasa.gov

Инициатива нашла поддержку в партии и правительстве, и в мае 1972 года было подписано соглашение о подготовке совместного полета. Стороны начали готовиться. Предстояло обучить экипажи совместным действиям, а также подготовить технику для будущей стыковки.

Люди на орбите должны были понимать друг друга в любой ситуации. Решили, что астронавты будут учить русский, а космонавты – английский. США выставили для совместного полета Дика Слейтона (участника встречи в Афинах), а также Тома Стаффорда и Вэнса Бранда, последнего в СССР сразу стали называть Ваня Бранд.

Кто командир?

Нехитрый подсчет говорит о том, что от США было трое представителей, а от СССР – двое. Чтобы обеспечить паритет, решили назначить командиром космонавта. Советское руководство задалось вопросом, кого выбрать на роль капитана. Леонов оказался подходящей кандидатурой. Он прошел полный курс подготовки, и был командиром основного экипажа экспедиции «Союз – 15», которая должна была лететь к станции «Салют».

Советские и американские экипажи кораблей «Союз» и «Аполлон». Слева направо: Дональд Слейтон, Томас Стаффорд, Вэнс Бранд, Алексей Леонов и Валерий Кубасов Фотохроника ТАСС

Однако в тот раз в космос он не полетел. За несколько дней до старта заболел один из членов – Валерий Кубасов. Сначала хотели заменить только его, но потом решили отправить на орбиту дублеров. В кресла сели Георгий Добровольский, Владислав Волков и Виктор Пацаев. Проблемы возникали в течение всего полета. Финальной точкой стала разгерметизация спускаемого аппарата при спуске. Космонавты погибли. На их похороны в СССР прилетел Стаффорд, несмотря на запрет Госдепа.

Готовясь к исторической стыковке, Леонова вызвали в ЦК и предложили стать командиром полета. Он согласился, но сказал, что не знает языка. «У тебя есть еще два года, и за это время ты выучишь и китайский», – был ему ответ. Леонов попросил в экипаж Кубасова – разрешили.

Язык до космоса доведет

Между тем, подготовка к полету набирала обороты. Первый раз в Нью-Йорк космонавты прибыли в 1972 году. Был конец мая, над взлетной полосой стояла душная тёмная ночь. Советскую делегацию отправили пешком от самолета до аэропорта. В метрах двадцати от терминала исследователей космоса ждал сюрприз.

«Очень темно было, стали подходить к зданию, вдруг тысячи вспышек фотоаппаратов. Пресс-конференция на аэродроме», –вспоминал Леонов.

Региональные акценты добавляли сложностей в общении местной прессы и советских гостей. Американские репортеры спросили Леонова, верит ли он в успех миссии? Советский космонавт ответил на английском: «Сейчас есть некоторые проблемы». Американские журналисты поняли так: «Нет никаких проблем». Дело в том, что слово “now” (сейчас), звучит как «нау», но в Нью-Йорке именно так принято произносить другое слово – «no» (нет). Особенности произношения «нау» и «ноу» создали путаницу.

Советская делегация отправилась в Хьюстон. В дороге было жарко, космонавты захотели выпить пива. Американцы остановили машину возле какого-то магазина, отправили гонца. Но ему отказали – урочные часы продажи алкоголя еще не наступили.

«Я говорю: «Такого не может быть!» Пошёл туда, взял с собой бутылку «Столичной» водки. А в то время на выезде из нью-йоркского аэропорта стояла 20-метровая бутылка «Столичной». Водку Хаммер рекламировал. Я захожу, в магазин.

– Привет.

– Вы откуда? – спрашивает продавец, услышав незнакомый акцент.

– Я из Сибири, хочу выпить пива.

– Нельзя, меня оштрафуют.

Тогда я достал бутылку водки, ставлю на стол. Она тогда еще только рекламировалась. И тут я его купил.

– Сколько? – спрашивает продавец.

– Ящик давай.

Я взял ящик, расплатился, иду в машину. Дверь открывает Стаффорд и говорит: «Как это тебе удалось?» И тут за нами бежит продавец, ещё тащит ящик пива бесплатно. Забылись программы, а вот этого никто никогда не забудет», – рассказал Леонов.

Алексей Леонов на брифинге в 2015 году.

Однако главный конфуз с языком случился после пресс-конференции – на банкете. Леонова как командира совместного экипажа попросили произнести речь.

«Я начал говорить, что мы сделали и как, а дальше мне захотелось им пожелать успехов в жизни. И я в одном слове потерял буквочку. Хотел сказать: «I want to wish you successful life» (с англ. «Я хочу пожелать вам успешной жизни»). Но получилось: «I want to wish you sexfull life» («Я хочу пожелать вам сексуальной жизни»)», – вспоминал 11-й космонавт СССР. Эта оговорка вызвала в зале приступ смеха и оглушительные аплодисменты. «Прошло 10 лет – мы празднуем юбилей. Отношения хорошие, и мне опять говорят: «Слушай, Алексей, выступи и не забудь ошибиться».

Полет проходил непросто. При пуске на советском корабле отказало телевизионное оборудование. Сразу после стыковки – у американцев заклинило люк переходного отсека. Но все трудности удалось преодолеть и 17 июля экипажи пожали руки в космосе. Как вспоминал в ходе брифинга в 2015 году Леонов, однажды Стаффорд сказал: «Нет прочнее союза, чем союз СССР и США».

Автор — Дмитрий Волин

В шапке: Алексей Леонов (справа) и американский астронавт Дик Слейтон. 1975 год. Фото с сайта nasa.gov

При публикации настоящего материала на сторонних ресурсах использование гиперссылки с указанием ресурса kremlinhill.com обязательно!

© Kremlinhill.com, 2018-2020

Автор volind

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s